Мощные миграционные процессы и потребность в новом контенте привели к открытию кинотеатра с немецкими фильмами в Лос-Анджелесе. В середине 20 века он имел пик популярности из-за внимания людей к придуманной истории Германии, которую так пытались показать в фильмах того времени. Но от истории успеха и до упадка прошло всего несколько десятилетий. Узнайте историю театра “Odyssey Theatre Ensemble” в Лос-Анджелесе. Далее на los-angeles-trend.
Начало деятельности “La Tosca”
Он впервые открылся как “MacIntyre & Pollard PhotoPlay Theatre” в 1912 году, демонстрируя немое кино с живым сопровождением. В последующие десятилетия кинотеатр несколько раз переходил из рук в руки. Одно из первых изменений в собственности произошло, когда владелец и операторы кинотеатра “Angeleno”, объединили бизнес в начале 1920-х годов и сформировали партнерство “Lucig & Gore”, которое включало управление “La Tosca”. Мало что известно о деятельности кинотеатра между этим периодом и до 1950 года, когда пара Герман и Мета Кляйнхенц снова открыли кинотеатр как “La Tosca Filmbühne”. Здесь показывали популярные немецкие фильмы (на немецком языке, без субтитров) до закрытия своих дверей как кинотеатра в начале 1980-х годов.
Когда Кляйнхенц взяли на себя операции “La Tosca”, они сразу отошли от театральной практики показа в первую очередь популярных американских фильмов, чтобы сосредоточиться на продвижении популярных немецкоязычных фильмов. Учитывая национальное происхождение пары, этот выбор вряд ли был неожиданностью. Герман родился в 1915 году и эмигрировал со своими родителями в 1924 году в Соединенные Штаты из Германии, где семья говорила по-немецки дома. Мета также родилась за границей (вероятно, в немецкоязычной стране) в 1902 году.
Потребность в немецком контенте
В период с 1950 года по 1960 год более полумиллиона немцев иммигрировали в Соединенные Штаты. К 1960 году в США проживало около миллиона людей германского происхождения. В городе Лос-Анджелес 17 302 человека указали, что родились в Германии по переписи 1950 года. Американские солдаты, размещенные за границей, вернулись с немецкими невестами, а рожденные дети в Германии поселились в Калифорнии. С годами появилось несколько поколений носителей немецкого языка. Другие носители немецкого языка пришли из местных университетов (включая Университет Южной Калифорнии), предлагавших уроки немецкого языка и культуры и заполнивших факультеты, особенно немецкие кафедры, учеными-эмигрантами. Также было большое сообщество еврейских и политических беженцев в изгнании среди немецкоязычного населения. С 1945 года по 1950 год население евреев в Лос-Анджелесе возросло со 150 000 до 250 000.
Когда семья открыла “La Tosca”, они сосредоточились на привлечении немецкой аудитории через рекламу, кинопрограммы и, конечно, фильмы. Они также культивировали лояльных последователей, сотрудничая с предприятиями с немецким уклоном, например “Przybilla Wurst-Fabrik” (Фабрика колбасы) или “Deutsch-Amerikanischer Rundfunk” (немецко-американское радио) Питера Тейхмана, чтобы рекламировать в своей кинопрограмме. Они даже размещали импортный бизнес, чтобы предоставить людям доступ к немецким товарам. Герман был главным в кинотеатре, а Мета руководила магазином. Создание магазина являлось тактикой, которую использовали подобные этнические кинотеатры на Восточном побережье. Они тоже являлись частью той же немецкоязычной сети распространения фильмов. Театр казино в Нью-Йорке был основным импортером немецкоязычных фильмов в двенадцать немецкоязычных кинотеатров в Соединенных Штатах.
Жанр немецкого кино
Хотя немецкие фильмы можно было увидеть в разных кинотеатрах, центральное место встречи немецкого общества было у “La Tosca”. Популярный послевоенный западногерманский жанр “Heimat” доминировал в импорте из западногерманской киноиндустрии. Как киножанр, “Heimatfilme” (Heimat films) ссылался на западногерманские кинопроизводства, в основном в период с 1950-х годов до начала 1960-х годов, которые рассказывали истории любви. Эти фильмы содержали традиционные костюмы и музыку и отходили от любых упоминаний о недавнем прошлом Германии и зверствах, совершенных во время Третьего Рейха.
В “La Tosca” представляли фильмы этого жанра, как новые, так и старые. Сначала они показали одну из первых кинохроник – “Blick in die Welt”. В одной из редакционных изданий, когда кинотеатр впервые начал публиковать свою программу раз в полгода, Кляйнхенц продемонстрировали признание критической репутации послевоенных фильмов, заявив: “В последнее время много слышат о стагнации немецкого кинопроизводства, однако это не влияет на наш следующий сезон, поскольку у нас лучше всего на следующий год”. Заявление является одновременно оправданием и защитой театральной программы, которая будет оставаться удивительно последовательной на протяжении всего существования “La Tosca”. Даже когда более признанные критиками фильмы кинематографистов нового немецкого кино, например Райнер Вернер Фассбиндер, Вернер Герцог, Александр Клюге, были выпущены в 1960-х годах и 1970-х годах, в “La Tosca” твердо придерживались шаблонных фильмов предыдущего десятилетия.
Зрители кинотеатра
Покровитель “La Tosca” Джон Лелленберг вспоминает, как в конце 1960-х годов зрители кинотеатра обычно занимали лишь небольшой процент мест. Большинство зрителей того времени были немцами среднего возраста, и фильмы были в основном без субтитров. Это было идеальным условием для студента USC по немецкому языку, но не для привлечения широкой аудитории.
Содержание фильмов могло играть только на построение немецкой идентичности: жанр в значительной степени показывал воображаемую Германию, вызвавшую ностальгию по вымышленной довоенной идиллии. Таким образом, эти фильмы не смогли бы объединить обозревателей – ни через показы в “La Tosca”, ни через другой контент. Независимо от того, насколько сильно владельцы кинотеатра провозглашали связь с немецкой общиной, строго немецкого контента было недостаточно для поддержки работы заведения. Быстрое снижение германской эмиграции отражено в увеличении экспозиции фильмов. В кинотеатре “La Tosca” начали показывать чешские фильмы еще в 1953 году, вскоре после открытия. Однако, независимо от презентации фильмов из других национальных кинотеатров, владельцы все еще рассматривали “La Tosca” как немецкий кинотеатр. Они четко позиционировали кино как часть служения немецкой общине в Лос-Анджелесе. Они изображали себя первопроходцами в презентации немецкой культуры и как одно из немногих мест, где можно развлечься на немецком языке, а также продвигать и придерживаться немецких ценностей.
С течением лет английский также начал проникать в расписание кинотеатра “La Tosca”, а иногда и на его экран. Гилберт фон Студниц, смотревший здесь фильмы в 1950-х годах, заметил, что все больше и больше говорят по-английски, поскольку младшие немцы (дети иммигрантов) изучали английский язык. Со временем английский язык стал главным в немецких кругах, особенно когда старшие члены сообщества первого поколения ушли из жизни. Это оказало заметное влияние на жизненную силу “La Tosca”, и календарь программы начал отражать это изменение. Интерес к немецким фильмам уменьшался, поскольку поколения все больше и больше удалялись от немецкоязычной Европы. Поэтому “La Tosca” пришлось скорректировать собственный образ немецкого языка, чтобы приспособиться к тем, кто все еще интересуется старым кинематографом. Сочетание немецкоговорящего языка с немецкой идентичностью в творческом пространстве становилось все менее и менее успешной тактикой, как в теории, так и на практике. Хотя этнические кинотеатры в Лос-Анджелесе оказали сильную поддержку в течение первых двух третей 20 века, они также ощутили влияние изменения технологий и интересов. И в то время как немецкие эмигранты ехали в Соединенные Штаты в 1950-х и 1960-х годах (около 790 000 человек), в 1970-х годах это количество резко сократилось лишь до 65 000 человек.
Как миграционные, так и технологические тенденции оказали большое влияние на сокращение успеха кинотеатра, который в конце концов закрыл свои двери. После этого Герман наполнил кинотеатр кассетами фильмов, которые он показывал в “La Tosca”, и руководил дистрибьюторской службой. В 2001 году от здания кинотеатра ничего не осталось. Он был снесен, а на его месте был построен жилой дом.
